Ужас Данвича — Лавкрафт и Йог-Сотот: невидимый монстр, Уилбур Уэйтли и битва в Мискатоникском университете

Что такое «Ужас Данвича»?

«Ужас Данвича» (The Dunwich Horror) — один из центральных рассказов Говарда Филлипса Лавкрафта, написанный в 1928 году и опубликованный в журнале Weird Tales в апреле 1929-го. Это произведение занимает уникальное место в Мифах Ктулху: это история о том, что случается, когда люди начинают активно призывать Великих Древних, а не просто становиться жертвами их пробуждения. Если в «Зове Ктулху» божество просыпается само, то в «Ужасе Данвича» именно человеческая воля — извращённая, безумная, но целенаправленная — открывает дверь в наш мир для того, чему здесь не место.

Данвич — вымышленная деревня в северо-центральном Массачусетсе, расположенная в долине реки Мискатоник, в глухом, холмистом регионе, изолированном от цивилизации. Лавкрафт описывает её как место, где «всё давно прогнило»: местные жители деградировали от поколений близкородственных браков, старые тёмные легенды живы до сих пор, а козлы на холмах блеют тревожно, предчувствуя беду. Именно здесь, в этой атмосфере распада и вырождения, разворачивается одна из самых страшных историй ХХ века.

Семья Уэйтли: рождение чудовищ

Ключевые фигуры истории — семья Уэйтли, живущая на отшибе Данвича в старом фермерском доме. Старый Уэйтли — дед, полусумасшедший колдун, который всю жизнь собирал оккультные книги и проводил тёмные ритуалы. Его дочь, Лавиния Уэйтли — психически нестабильная женщина-альбинос с врождёнными уродствами, которую местные считали «не от мира сего». Отца Лавинии никто не знал — ходили слухи о нечеловеческом происхождении.

В 1913 году Лавиния родила сына, Уилбура Уэйтли. Отцом не был назван никто из смертных — старый Уэйтли утверждал, что отцом мальчика является сам Йог-Сотот, Все-в-Одном, божество, существующее вне времени и пространства. Уилбур рос с чудовищной скоростью: в 7 лет выглядел на 13, в 10 — на 20. Он был неестественно высок (к 15 годам — почти 2,5 метра), с козлиными чертами лица и закрытой одеждой нижней части тела. Под рубашкой и брюками скрывалось нечто, что не должно быть у человека — дополнительный рот и щупальца.

Но настоящий ужас заключался в другом. Лавиния родила двоих близнецов. Второго ребёнка никто никогда не видел — он всё время находился на втором этаже дома, который был полностью заколочен досками. Его кормили вёдрами сырого мяса, а по ночам он издавал звуки — низкий, вибрирующий гул, от которого дрожали стёкла в окнах всех домов Данвича. Этот близнец был невидим: он унаследовал от отца-Йог-Сотота способность существовать вне видимого спектра. И он рос — гораздо быстрее, чем его видимый брат. К 1928 году невидимый монстр достиг размеров двухэтажного дома.

План Уилбура: открыть врата

Старый Уэйтли умер в 1924 году, но перед смертью успел обучить Уилбура чтению на латыни и древнегреческом. Дед и внук вместе изучали Некрономикон — полную копию на латыни, которую старый Уэйтли раздобыл где-то за десятилетия до того. Их план был грандиозным и чудовищным: открыть врата для Йог-Сотота, чтобы тот мог полностью войти в наш мир, а затем — стереть человечество с лица земли и заселить Землю новыми формами жизни, порождёнными от союза человека и Древнего.

Для завершения ритуала Уилбуру не хватало одной страницы Некрономикона — страницы 751 с формулой призыва Йог-Сотота. В его копии эта страница отсутствовала. Но Уилбур знал, где есть полный экземпляр: в библиотеке Мискатоникского университета в Аркхеме. Для этого плана ему нужно было заполучить недостающую страницу любым способом.

Тем временем в Данвиче начали происходить необъяснимые события. По ночам что-то огромное и невидимое бродило по холмам, ломая деревья и оставляя в земле следы размером с бочку. Фермеры находили свой скот растерзанным и обескровленным. Ветры доносили нестерпимую вонь, а собаки выли без остановки несколько ночей подряд. Невидимый брат Уилбура требовал всё больше пищи — и человеческое мясо было предпочтительнее коровьего.

Смерть Уилбура и развязка

Уилбур прибыл в Аркхем и потребовал выдать ему Некрономикон, но библиотекарь, доктор Генри Армитедж — профессор древних языков и оккультных наук — заподозрил неладное. Уилбур был слишком высок, слишком странен, слишком настойчив. Армитедж отказался выдать книгу и предупредил другие библиотеки.

Тогда Уилбур попытался украсть книгу ночью, проникнув в библиотеку. Но он не учёл одного: сторожевую собаку. Собаки в Мифах Ктулху обладают способностью чуять потустороннее — они реагируют на то, что человеку не дано увидеть. Пёс набросился на Уилбура и, несмотря на его чудовищную силу, сумел вцепиться ему в горло. Умирая, Уилбур что-то крикнул на нечеловеческом языке — и его тело на глазах начало разлагаться, таять, как воск, пока от него не осталась лишь белёсая масса на полу библиотеки. То, что скрывалось под одеждой, наконец стало видимым — и это зрелище навсегда травмировало свидетелей.

Смерть брата привела невидимого монстра в ярость. Он вырвался из заколоченного дома Уэйтли и начал крушить всё на своём пути, двигаясь в сторону Данвича. Его больше невозможно было скрывать: невидимая туша размером с амбар сносила деревья, дома и мосты, оставляя за собой полосу разрушения. Армитедж и два его коллеги — профессор Райс и доктор Морган — поняли, что должны остановить чудовище. Вооружившись знаниями из Некрономикона и магическим порошком, составленным по древней формуле, они отправились к холму Часового в Данвиче — месту, где Йог-Сотот соприкоснулся с нашим миром.

Профессора произнесли заклинание наоборот — не для призыва, а для изгнания — и распылили порошок в воздух. Порошок оседал на невидимое тело, делая его видимым — и открывшееся зрелище едва не лишило их рассудка. «Это был кошмар из кошмаров... осьминог, сороконожка и паук одновременно, но с получеловеческим лицом на вершине бесформенной груды плоти — и это лицо было точной копией Уилбура Уэйтли, но увеличенное до чудовищных размеров». Монстр взревел, когда заклинание начало разрывать его связь с нашим измерением, и с воплем, который был слышен за много миль, исчез — не умер, а был изгнан обратно в то межпространственное ничто, откуда пришёл.

Значение в Мифах Ктулху

«Ужас Данвича» — ключевое произведение по нескольким причинам:

• Это первая история о людях, активно призывающих Древних. Не случайное пробуждение, как в «Зове Ктулху», а целенаправленный план. Семья Уэйтли — не культ, а лаборатория по скрещиванию человека с космическим ужасом.
• Впервые подробно описан Йог-Сотот. До «Ужаса Данвича» Йог-Сотот лишь упоминался в рассказе «Случай Чарльза Декстера Варда». Здесь он — ключевая фигура: «Йог-Сотот знает врата. Йог-Сотот и есть врата. Йог-Сотот есть ключ и страж врат. Прошлое, настоящее, будущее — всё в Йог-Сототе».
• Впервые появляется Мискатоникский университет как активный борец со сверхъестественным. Доктор Армитедж — не безумный исследователь, а рациональный учёный, использующий науку и магию против общего врага.
• Показано, что «магия» в Мифах Ктулху — это технология. Заклинания работают как математические формулы, порошок для изгнания — продукт химии, а Некрономикон — учебник по межпространственной физике.
• Динамит не помогает. Герои не могут убить монстра оружием — они должны понять его природу и обратить законы его существования против него. Это чистая научная фантастика в обёртке хоррора.

Ужас Данвича и другие истории Лавкрафта

Ресурсы

• Ктулху — Великий Древний, спящий в Р'льехе: осьминожья голова, культ, Некрономикон и пробуждение
• Ньярлатотеп — ползучий хаос, душа и посланник Великих Древних во всех его формах
• Шоггот — протоплазменный монстр-слуга, созданный Старцами и восставший против них
• Печать Древних — защитный символ против Великих Древних из мифов Ктулху